Яростное сопротивление тёмных фигур оказалось каким-то невероятно вялым для столь похожих на людей существ, они двигались как будто в замедленной съёмке, а малейшая попытка по-настоящему рвануться за ситом приводила к потерям конечностей, которые отрывались, не выдерживая столь резких нагрузок. Похоже, эти существа - или тела - плохо подходили для выбранной роли, в отличие от полчищ миниатюрных дронов, жаждущих облепить и повалить. Но и дроны своей цели добиться не смогли, Тайдену удалось прорваться в один из множества коридорчиков, через которые когда-то в этом зале текли потоки зрителей. Странно, но ощущения множества смертей здесь не было, как будто арена служила и гораздо более мирным целям, не только попыткам извести отдельно взятых ситов. Погоня быстро поотстала, будто остановленная неслышимым приказом, а впереди приглашающе маячил тусклый огонёк, который мог оказаться чем угодно, но был просто-напросто работающим светильником. Где-то дальше по коридору был ещё один, а за ним ещё один и ещё, и ещё, других путей всё равно не было, только вперёд. Ни одной запертой двери, ни единой преграды, даже подобие турникета было аккуратным образом демонтировано, именно снято, не выломано. Перед Тайденом возник коридор уже солидный, тянущийся вдоль трибун и под ними, и вполне могущий вести к выходу из этого странного место. Было тихо, мрачно и прохладно. Ни души. Гулкое эхо шагов уносилось вперёд, отражаясь от стен, которые, казалось, видели многие годы тишины и покоя, до того ветхий у них был вид. Металл неизвестного вида местами приходил в негодность, а кое-где отдельные пластины были сняты, обнажая проводку, тянущуюся в специальных нишах. Временами можно было заметить, что не хватает целых секций пластин, но ни один кабель не был тронут. И вот - впереди долгожданный путь к свободе, просторный зал, некогда служивший этаким фойе. Совершенно, абсолютно пустой и с несколькими дверьми, назначение которых смутно угадывалось на уровне интуиции - где туалет, где раздевалка, а где служебный закуток или выход в такой же коридор как тот, в котором стоял сейчас сит. Казалось бы - просто иди себе и вот он, путь к свободе, но едва ли всё было настолько просто. Где-то вдалеке, на самой границе слышимости, раздался тихий шелест. Он приближался.